fbpx
Балет Спектакли

«Жизель» в темпах Ратманского

Что вы знаете о «Жизели», господа? История бедной крестьянской девушки, влюбленной в графа и после его обмана погибающей от разрыва сердца и попадающей в мир умерших девушек-виллис, уже давно будоражит кровь зрителям. Пожалуй, это один из самых известных балетов для зрителя любой степени вовлеченности. Наравне с «Лебединым озером» это золотая классика хореографического искусства.

На протяжении почти двух столетий кто только не терзал несчастную Жизель: Мариус Петипа – 1884г., Михаил Фокин во время Русских сезонов Сергея Дягилева, Леонид Лавровский – 1944г., Владимир Васильев – 1997г., Юрий Григорович и бесчисленное множество прочих творцов. Как точно отметил художественный руководитель Большого театра Махар Вазиев: «Любая редакция классического балета имеет свой временной период». Посему пред нами не возникает задача разрешить вопрос определения более или менее удачной редакции.

Перед Алексеем Ратманским стояла сложная задача. Совершенно точно его Жизель будут сравнивать с самой классической, эталонной версией Юрия Григоровича. Мало того, не далее как в конце прошлого сезона отгремели гастроли Английского национального балета с «Жизелью» Акрама Хана, чья редакция вызвала очень бурный отклик московской публики. Балетный мир просто вопил: «если ставить новую «Жизель», то только такую». И все же, Алексей уже приглашён в труппу Большого театра, и с началом сезона начались и репетиции. Отрывки можно было наблюдать во время трансляции Всемирного дня балета. Уже тогда стало понятно, как много внимания уделяется деталям, жестам, мизансценам, трактовке роли.

Ратманский сделал «ход конем» — вместо того, чтобы ставить свою хореографию, он попытался восстановить утраченные тексты давно минувших лет. Детальное изучение архивов и нотаций, максимальное приближение хореографического текста к оригинальной постановке.

Возможно, эта идея восстановить максимально близкую к оригиналу хореографию со временем окажется одной из самых важных заслуг Ратманского, и все мы будем ему благодарны за сохранение балетного наследия. 

Мы не советуем сравнивать эту версию «Жизели» с редакцией Григоровича, они очень разные, и знакомая всем история смотрится совершенно по-новому. Причиной тому, конечно, и новые костюмы, и сценография. Есть, безусловно, ряд изменений в хореографии в виде деликатных дополнений, что возможно будет заметно не каждому зрительскому глазу. Вот уже три десятка лет артисты и балетоманы знают и любят «Жизель» Юрия Григоровича. Какие же изменения привнес Алексей Ратманский? 

Стоит отметить, что спектакль благодаря всем обновлениям очень посвежел. Первое, что бросается в глаза – Ратманский очень здорово поработал с темпами, они теперь кажутся очень быстрыми, спектакль ощущается более динамичным и даже харизматичным.

 Ценным вкладом, на наш взгляд, явилось то, что новая постановка существенно преумножила хореографический текст, особенно это коснулось первого акта. Интригующее нововведение — предостерегающее напутствие матери, повествование легенды о виллисах, не раз повторяющееся отрывками на протяжении спектакля. Обычно едва заметная партия Берты, матери Жизели, выглядит здесь совершенно иначе, а наличие в списках исполнителей Людмилы Семеняки, народной артистки СССР, еще более увеличивает зрительский интерес. Существенному обновлению подверглось и «крестьянское па де де», в котором нас лично порадовал новобранец Большого Иван Поддубняк – очевидно, что руководство делает на него уже сейчас большую ставку, поэтому советуем следить за этим артистом внимательно. 

Сценографически спектакль также решен интересно – много новых авторских «штучек», но раскрывать все секреты не будем.

Интересна смена характеров героев. Можно говорить о некоторой стерильности в постановке Григоровича. До крайности романтизированная сказка, где лиричная Жизель представлена уже в первом акте невинной и наивной девушкой, в новой редакции приобретает приземленный житейский характер. Если у Григоровича она «радуется солнцу, синему небу, пению птиц и больше всего счастью любви, доверчивой и чистой, озарившей ее жизнь» и в силу девичей чистоты не догадывается о чувствах лесничего, то у Ратманского она осознает любовь Ганса и намеренно насмехается над ним. В привычной нам редакции Альберт изображен робким влюбленным со слабостями, Ратманский же представляет его по–прежнему влюбленным, однако с ярко выраженными мужскими помыслами в более откровенном па де де, чем ранее. Лесничий Ганс в известной трактовке искренне влюбленный мужчина, томимый надеждой, раскрывает глаза юной девушке, тогда как у Ратманского он — надменный ревнивец, оправдывающий свое мужское эго. А вот кому действительно изменения трактовки пошли на пользу, так это невесте Альберта – Батильде: на смену высокомерию пришли чувственность и обаятельная открытость. Не лишним будет упомянуть, что Большой эксперт поздравляет Анастасию Меськову (Батильда) с возвращением на Большую сцену.

Приближение персонажей к мирской реальности окрасило картину живыми эмоциями, благодаря чему печальная кончина Жизели становится яснее. По правде сказать, восторгает уважение балетмейстера к предыдущим редакциям и традициям, умение сохранить хореографический фундамент, его бережное воспроизведение и при этом умение представить собственную индивидуальность. 

И хотя Большой театр подчеркивает, что он продает «спектакль», а не выступление конкретных артистов, мы убеждены, что именно они, артисты, в первую очередь создают на сцене шедевры. Сейчас у «Жизели» Ратманского есть три замечательных состава исполнителей, и мы можем смело рекомендовать смотреть все! Самим же нам посчастливилось увидеть премьеру в исполнении Екатерины Крысановой (Жизель), Артема Овчаренко (Альберт) и Екатерины Шипулиной (Мирта). Думаю, никто не будет отрицать, что Екатерина Крысанова сейчас находится в расцвете своих технических способностей. Безукоризненное исполнение, эмоциональная подача, легкость, воздушность. Истинная представительница традиций московской школы, она запросто справляется со сложнейшей хореографией, при этом не давая возможности ни на секунду усомниться в искренности и правдивости своих эмоций. 

Е. Крысанова в роли Жизели, А. Овчаренко в роли Альберта

Полагаем, особенно трудно пришлось артистам, исполняющим заглавные партии в обеих редакциях. Так, Артем Овчаренко достойно отразил выбранный Ратманским темп, и, тем не менее, еще осваивается в процессе перестройки своего персонажа.

Нашлось место и легкому водевилю во втором акте  — мелькающий силуэт предводительницы царства вечности Мирты, мягко говоря, загадочен и забавен. Не уверены, что именно подобный эффект планировалось воспроизвести на зрителя, однако героини, скользящие то на колесах, то, будто Маугли, пролетающие на лиане в глубине арьерсцены, восприняты всецело залом весьма комично. Постановку это ни в коей мере не портит, но вот неуместность мотива все же остается загадкой.

Устрашающе прекрасная «директор кладбища» Мирта в исполнении Е. Шипулиной завораживает с первого своего появления, выплывая на сцену в мельчайших бесшумных па-де-бурэ, а какие у нее прыжки! Надменные позировки виллис по-прежнему наглядно иллюстрируют настроения загробного общества по отношению к нашим влюбленным. Здесь ничего нового, любовь все еще способна победить и живых, и мертвых, а сила прощения не знает границ.

Да воздадим почести всем причастным! Несмотря на очевидное видимое усложнение хореографии спектакль честно отработан донельзя, редкий случай в премьерном блоке. Радостно то, что руководство театра обещает нам присутствие в репертуаре обеих версий «Жизели». Как это будет осуществляться, будущее покажет. А пока рекомендуем вам не затягивать с покупкой билетов на следующий блок спектаклей в январе, они еще есть в продаже.

Продолжительность 2 ч. 20 м.

Текст: Мария Хлопцова, Вера Сергеева

Фото: Батыр Аннадурдыев

%d такие блоггеры, как: